Тема :
Аноним 08.06.2013

Я лошадница по жизни. Сейчас уже угомонилась, а раньше ради того, чтобы работать с лошадьми, дома не жила. Работала я под Рузой. Конюшня наша обслуживала санаторий «Русь» и находилась в лесу, в нескольких сотнях метров от санатория. Я жила в благоустроенном вагончике, правда, окон там не было.

Небольшая предыстория. В трех километрах от конюшни находится деревня Лихачево. В 1993 году там местный алкоголик Ося (Иосиф) по пьяни зарубил топором семнадцатилетнего пацана, после чего с этим же топором сбежал в лес. Милиция его так и не нашла. Пошли легенды, что этот Ося уже два года как скрывается в близлежащих лесах, а так как кушать ему все-таки хочется, он убивает припозднившихся в лесу граждан, ну и, соответственно, их кушает.

Так вот, пригласили меня в это самое Лихачево на проводы кого-то в армию. Кого, я не знала, да и неинтересно мне это было. Главное — погулять. Где-то в три ночи там настолько все напились, что я поняла, что пора делать ноги. У меня было два выбора: первый — пойти три километра по шоссе, второй — срезать путь через поле. С одной стороны к полю подступал лес.

Я приняла решение, что пойду через поле, так все же быстрее. Вытащив из кармана свой перцовый баллончик «ШОК», я отправилась в путь. Когда я прошла половину расстояния до своего вагончика, в лесу вдруг раздался жуткий треск — ветки ломались под чьими-то ногами, и этот кто-то ко мне быстро приближался. Мне неприятно скрутило живот. Я рванула так, что любой спринтер мне бы позавидовал. Весь этот километр пронеслась на одном дыхании, ощущая, что бегу не одна — сзади за мной тоже кто-то бежал и тяжело дышал...

Вломившись в калитку конюшни, я влетела в вагончик, захлопнула дверь и дрожащими руками закрыла замок. Отошла, пятясь спиной до середины вагончика. И тут как кто-то начал с остервенением стучать в дверь и дергать ее. А замок там не особо прочный был.

Я дошла до торца вагончика — там была моя кровать. Я села на нее. Стук прошел вдоль всего вагона, как будто тот, кто там был, искал слабое место. Потом он стал с силой стучать стучать в заднюю стенку. Я не выдержала и громко спросила:

— Кто там? Что вам нужно?

В ответ я услышала только тяжелый хрип, как в фильме ужасов... Минут через пять я услышала, как скрипнула калитка.

Я не думаю, что это был Ося. Если даже он был бы жив, в 75 лет так не побегаешь. Вот и думаю — что же это тогда было?..

Аноним 10.06.2013

История эта произошла со мной давно, лет десять назад. Я тогда училась в школе. Пришли долгожданные летние каникулы, и целыми днями я гуляла на улице.

Однажды я пошла гулять с подружкой. Только из дома вышли, смотрим — идет к нам навстречу старуха вся в черном, черным платком обвязана, скрюченная и горбатая. Мы с подругой, не сговариваясь, чуть разошлись в стороны, чтобы пропустить ее, а она между нами встала и остановилась. Повернулась спиной ко мне и на подругу смотрит так нехорошо — она рассказывала, что у нее прямо душа в пятки убежала от этого взгляда. Потом она резко развернулась и на меня уставилась... Боже, что там творилось, в ее глазах — они прямо излучали злобу и ненависть. Посмотрела она на нас и палец крючковатый протянула, подругу ткнула в плечо и проскрежетала: «Не видать тебе счастья!». Мы испугались и побежали. Бежим, потом оглянулись, а уже нет никого сзади, хотя улица прямая — свернуть старухе некуда было.

Перепугались мы в этот день сильно, а ночью мне кошмар приснился, словно горбатая тень везде за мной ходит. Утром подруге звоню — ей то же самое приснилось.

Через неделю подруга заболела сильно, а мама у нее верила в знахарок и пошла она к одной старушке. Та заявила, что порча лежит на дочери, стала воском отливать, а из воска прямо эта старуха с горбом получилась. Вроде как все проклятие успешно сняли с подруги. Только стала подруга грустная какая-то. Я спрашивала, что с ней, а она в ответ: «За мной горбунья следит, куда ни пойду, везде ее вдалеке вижу». И даже как будто сама горбатая стала — честно, даже жутковато немного было.

И вот однажды прибегает она ко мне с утра вся в слезах и говорит, что ночью к ней горбунья приходила в комнату и стояла у кровати. Так несколько ночей подряд повторялось.

А через две недели подругу сбила машина...

Аноним 10.06.2013

Сейчас я расскажу вам историю, в которую мне самому очень трудно поверить. И я не поверил бы, если бы сам не увидел всё своими собственными глазами.

Вы, конечно же, знаете такую передачу, как «Городок». Да-да, это та самая передача, которая начала выходить ещё в 90-х годах. Я тогда был маленьким, и она казалась мне очень смешной. Сейчас она выходит очень редко. Как-то раз я, переключая каналы, попал на неё. Несмешные шутки, глупые сюжеты. Но меня пробрала ностальгия — вспомнилось время, когда я после каждого выпуска напевал: «Ах, как хочется вернуться…». Естественно, на меня нахлынули воспоминания детских лет и так далее, но среди них было одно очень странное: я стал вспоминать отрывки этой телепередачи, но актеров там было трое. Да, помимо Олейникова и Стоянова там был кто-то третий. Бред, конечно — ну, был, и что? Потом ушел. Но почему-то в голове возникали какие-то пугающие и бессвязные картинки. Я даже толком не мог вспомнить, о чем был этот выпуск.

Я перерыл весь Интернет, но ничего о третьем актере я так и не нашел. Я позвонил родителям и спросил, но отец сказал, что такого не было. Я бы забыл об этом, если бы мне не начали сниться кошмары, будто во сне я был участником этой телепередачи, а вокруг все было какое-то серое, депрессивное. Естественно, я так и не смог забыть об этом и решил во что бы то ни стало узнать, был ли третий.

Еще раз покопавшись в Интернете (и, естественно, ничего там не найдя), я отправился в Гостелерадиофонд. Стоит ли говорить, что мне отказали предоставить записи выпусков. Оказывается, нужно оформлять кучу бумаг, и, естественно, не бесплатно. В «Останкино» со мной и разговаривать не стали.

Дома я зашел в торрент-трекер и поставил на закачку первую серию «Городка». Конечно, там не было никакого третьего актера. Я уже было намеревался закрыть окно проигрывателя, но меня остановила та музыка. Я, как и в детстве, стал подпевать, но вдруг неожиданно остановился. В горле застыл комок. В титрах в колонке «В ролях» было имя в рамочке. Я думаю, не стоит говорить о том, что это значит.

Владислав Петренко. У меня появилась зацепка. Но Интернет снова молчал. После двухчасовых поисков и пролистования форумов я наткнулся на тему в каком-то форуме: «Помните ли вы Владислава Петренко из «Городка»? Куда он подевался?». Я стал жадно вчитываться в ответы. «Не помню», «Ты чего, их двое было всегда!» — в общем, ничего интересного. Но один участник под ником LorAn147 написал: «Да, я помню. Это был самый первый выпуск от 25 марта 1993 года». Попытки связаться с ним не принесли успеха, и неудивительно: последнее сообщение в этой теме было оставлено 4 года назад.

«Википедия» показала, что первый выпуск вышел в апреле, и это показалось мне странным. Но более я не продвинулся в своём «расследовании». Постепенно кошмары прошли, я уже стал забывать обо всём этом.

Аноним 10.06.2013

С детства я обладал гиперактивным воображением. Так, по крайней мере, объясняли происходящие со мной вещи взрослые. И в самом деле, что взять с ребенка, который, услышав во дворе страшилку, ночью бежит к родителям в слезах, утверждая, что кто-то страшный сидит у него под кроватью?

Тогда я плохо понимал, что со мной происходит, да и сейчас не могу всего объяснить. Но еще будучи несмышленым мальчуганом, я осознавал, что происходящее ненормально.

Да, ребенку с развитым воображением может привидеться бабайка. Но мог ли этот бабайка, который, по версии взрослых, существовал только в моем воображении, оставить на моей ноге смачный грязный след руки с семью пальцами?

Проснувшись однажды утром и обнаружив, что чудовище, ночью тащившее меня за ногу куда-то в темноту под кроватью, не только мне не приснилось, но и оставило у меня на лодыжке весомое доказательство своего присутствия, я окончательно замкнулся в себе, решив больше никому не рассказывать ничего о происходящем.

Если бы дело ограничивалось только одним случаем, я бы, скорее всего, смог как-то приспособиться. Но нет же! Одним далеко не прекрасным днем я услышал историю из разряда «Не оборачивайся» (о незнакомце за спиной и страшных карах, постигших всех, кто не послушал его предостережения и все-таки обернулся). Тем же вечером, читая книгу, я услышал шепоток позади и почувствовал на плече холодную костлявую руку.

С ним было легче, чем с тем, из-под кровати. Он не пытался меня никуда утащить, просто появлялся из ниоткуда с наступлением темноты и так же бесследно исчезал после получаса увещеваний обернуться. Конечно, я не оборачивался. Вот еще, слушать всяких…

Время шло, и вскоре моя жизнь напоминала бесконечную игру в прятки с толпой голодных монстров. Простой поход в туалет ночью превращался для меня в целое испытание: я вскакивал с кровати, уворачиваясь от цепких лап, норовивших схватить меня за щиколотку, бросался к выключателю и зажигал свет за секунду до того, как темнота вокруг перестанет быть такой безжизненной и спокойной. Но и при свете нельзя было чувствовать себя в безопасности — мало ли историй о существах, которым он не преграда.

Не знаю, как я при такой жизни не сошел с ума. Да-да, я был полностью уверен в своей адекватности. Причиной тому послужил один случай, после которого я окончательно отмел все надежды на то, что я просто психически нездоров.

В силу обстоятельств, описанных выше, я стараюсь возвращаться домой засветло. Но одним теплым летним деньком, гуляя с другом, я забыл о времени и спохватился, только когда последний яркий луч закатного солнца ударил меня по глазам. Я извинился и уже был готов оставить друга добираться домой в одиночестве, когда увидел его лицо. Побелевшими от ужаса глазами он смотрел мне за спину, застыв на месте, как статуя. Его губы мелко дрожали — казалось, он хочет закричать, но не может.

Аноним 10.06.2013

Я живу на севере. Провинциальный городок, находящийся почти за полярным кругом. Мы с отцом переехали сюда четырнадцать лет назад, сразу после смерти матери. Отец — кадровый офицер, и назначение на новое место службы он принял беспрекословно. Я же был совсем маленьким, и поэтому совсем ничего не помню о жизни до переезда, словно всю жизнь прожил именно здесь.

Итак, как я уже упоминал, город находится едва ли не за полярным кругом. Очень короткое, по-северному суровое лето, девять месяцев зимы, и снег, снег везде. И тишина — вот что въелось в мозг особенно сильно. Почти каждый день я выходил на прогулку и наслаждался этими странными ощущениями — тишина, чуть кисловатый запах свежего снега, почти безлюдные улицы и стойкое чувство какой-то иррациональной грусти.

Отец служил в части связи. «Важный стратегический узел», необходимый для правильной проводки наших подлодок в студеных водах Ледовитого океана. Океан, кстати, не так далеко, километрах в десяти на север, вот только делать там совершенно нечего. Берег безжизнен и уныл, только редкие гагары иногда тоскливо кричат где-то вдалеке. Я спокойно жил, ходил в школу, заводил друзей, врагов, встречался с девочками. Ближе всего я познакомился с пареньком по имени Захар. Мы сошлись благодаря общему интересу — страстью к изучению всяких паранормальных явлений. В воинской части была довольно неплохая библиотека, солдаты туда почти не ходили, а вот мне были рады, как хоть какому-то посетителю. После школы я бегом устремлялся на второй этаж невысокого кирпичного здания, бросал портфель на пол и буквально с ушами уходил в чтение. Старые, пожелтевшие от времени советские газеты, в которых рассказывалось о странных необъяснимых случаях в тайге, о тайне гибели экипажа Леваневского, о разных дальних африканских странах (когда был маленьким, не мог понять — как это, страна, в которой никогда не идет снег) и прочие интересности. Потом я брал с собой самые лучшие материалы и тащил домой к Захару. Мы сидели, укутавшись в теплые синие солдатские одеяла, и блуждали по закоулкам Интернета — редкое удовольствие для наших мест, очень медленная и «глючная» связь, когда одна картинка, например, грузится по пятнадцать минут. В итоге к своим семнадцати годам мы уже прекрасно знали всё о повадках оборотней, о вызове духов, о таинственных антарктических нингенах и прочих неопознанных вещах. Вот только знание знанием, а на практике ничего подобного не встречалось. Вообще ничего интересного. Вы не представляете, насколько скучна жизнь в таких оторванных от основной части страны местах. Из всех развлечений — кинотеатр на двести мест, невероятно медленный интернет, да еще, пожалуй, гуляния вокруг новогодней ёлки. И всё. «Блин, ну случилось бы хоть что-нибудь неординарное», — думал я, сидя по вечерам около окна, поглаживая кота, и глядя в холодное звездное небо.

* * *

И вот однажды я сидел в каптерке. Отец пил чай и разговаривал с однополчанином.

Аноним 11.06.2013

Я жил на тот момент в старом, послевоенной постройки, доме. Дом этот примечатален тем, что строили его пленные немцы через несколько лет после окончания войны. Дом небольшой — всего два подъезда и три этажа. Построен на совесть, и если бы не раздолбайство коммунальщиков, до сих пор был бы в отличном состоянии. Ещё в нашем доме есть подвал — роскошь по нынешним меркам. Каждой из 18 квартир в этом подвале выделено отдельное помещение. Об этом подвале и пойдёт речь.

Наш подвал был примечателен тем, что периодически превращался в болото — в непролазную топь, которая источала такие запахи, что мимо него тошно даже ходить, не то что заходить внутрь. Всякий раз коммунальщики что-то делали, и запахи на некоторое время исчезали. Хотя, если спросить любого из жителей дома, никто коммунальщиков этих никогда не видел, однако, работа делалась.

Вторая достопримечательность нашего подвала заключается в том, что в нём 19 помещений (не считая коридора). Неизвестно, зачем немецкие строители выстроили ещё одно лишнее помещение, отобрав тем самым место у двух соседних. Дверь в лишнее помещение, надо сказать, была добротная — железная дверь в два пальца толщиной, изъеденная кое-где ржавчиной. Она никогда не запиралась, постоянно ходила ходуном и сильно хлопала о стены, что неизменно заставляло вздрагивать. Такое поведение этой двери было сложно объяснить — действительно, откуда в изолированном помещении возьмётся такой силы сквозняк, чтобы играть такой массивной дверью, словно лёгкой фанеркой? Несколько раз соседи порывались пойти и выяснить, откуда же так тянет, однако энтузиазм таял всякие раз, когда человек подходил к этой самой двери. Возможно, дело было в запахе — запах из 19-го помещения шёл какой-то особенно мерзкий: видимо, починка канализации в этом помещении в обязанности ЖКХ не входила. А возможно, дело было в самой двери, к которой совершенно не хотелось прикасаться. Это была не просто дверь, к ней по углам и по центру были приделаны этакие металлические заклёпки в форме круга, покрашенные в белый цвет. Краска должна была со временем истереться, однако, похоже, её кто-то постоянно обновлял. Была и другая причина, по которой люди не хотели идти «на разведку» — гнетущее чувство опасности, страха. Оно поглощало человека, когда он делал пару шагов за порог 19-го помещения. Страх, что, сделай он ещё несколько шагов, и дверь за ним захлопнется с глухим ударом и больше уже не откроется никогда. Так мы и жили, обходя чёртово помещение по противоположной стене коридора.

Жил у нас в доме «штатный алкаш». Все звали его дядя Федя. Это был совсем незлобивый мужичок. На таких, когда они выпьют, нападает неудержимая страсть что-нибудь поделать. Во время одного из таких душевных порывов дядя Федя решил повесить на эту дверь большой амбарный замок — «чтобы уж наверняка». Он даже смог где-то раздобыть сварку, чтобы приварить массивные петли к двери.

Аноним 11.06.2013

Я раньше часто в метро ездила ночью, но перестала после одного случая. Однажды я возвращалась с Рижской — мне нужно было ехать до Полежаевской. А на Полежаевской есть платформа дополнительная, кто не знает. Я выхожу из вагона, иду к эскалатору и вижу, что на той платформе кто-то стоит и провожает меня взглядом. На станции всего человек десять, мне стало неприятно. Человек по той закрытой платформе идет за мной, и тут я замечаю, что он как-то странно двигается — как будто рывками, и такое ощущение, что у него сочленения суставов не в тех местах, где у нормальных людей. Он двигается всё быстрее, и тут я понимаю, что на выходе с эскалатора мы с ним столкнемся, а к эскалатору иду я одна, все остальные идут к другому выходу. Оглядываюсь и вижу, что голова у него какая-то странная, деформированная, как из пластилина... Я бегом на дикой скорости бросилась к противоположному выходу. Там лестница, я по ней на одном дыхании взлетела, выбежала на дорогу. Там обычно такси стоят, я залезла в одну из машин и кричу: «Поехали, поехали, заплачу!». Водитель решил, что за мной маньяк гонится, и быстро тронулся с места. С тех пор я по ночам в метро — ни-ни.

А вот как-то вышла вечером из последнего вагона на станции Семеновская. На платформе никого не было, и тут меня сзади очень чётко позвали по имени. За секунду в голове пронеслись разные версии — кто меня тут знает? Я же последняя вышла, никого рядом не было, неужели кто-то из тоннеля вышел? Я обернулась — а на платформе никого. И тут мне снова почти в ухо произнесли мое имя. Как я побежала...

И ещё, вы видели когда-нибудь людей мертвецкого вида в метро? Я, например, видела однажды на синей ветке. Стою, жду поезда, людей полно рядом, день... И вдруг чувствую — что-то воняет, как тухлятиной. Оборачиваюсь и вижу деда — он идет мне навстречу, одет, как будто только что из деревни: ситцевая рубаха, борода лопатой... Не сказать, что он похож на бомжа — смотрится, если можно так сказать, вполне прилично. Но при этом сам выглядит как труп: весь серый, покрыт фиолетовыми пятнами, на руках и шее вены вылезли, глазами не моргает, а трупный запах просто жуткий... Я на людей рядом смотрю, но его, кажется, никто не видит. От греха подальше отхожу в сторону, чтобы не сесть с ним в один вагон, буквально через несколько секунд оборачиваюсь, а он пропал, хотя поезд не подходил...

Аноним 11.06.2013

Произошло это года полтора назад. Недалеко от нашего дома есть небольшое старое кладбище. Несмотря на то, что оно старое, похороны там ещё проводили. Мы с друзьями любили иногда гулять по нему. Всем нам уже за двадцать лет было, люди взрослые и сознательные.

В том году в газетах писали о том, что на этом кладбище за две недели было разрыто две могилы, причём рыли только относительно свежие. Ничего из гробов не воровали, на месте преступления никаких улик не оставалось. Первое время там дежурили наряды милиции, нас даже один раз в участок забрали (пришлось дать доблестным служивым на лапу, чтобы на работу не сообщали).

Через полгода кто-то опять начал разрывать могилы. Через пару недель после одного из таких случаев умерла сестра моего близкого друга. Мне было очень ее жаль — она попала в кошмарное ДТП. Ещё мне, конечно же, было жаль друга и его родителей — для них это была страшная утрата. А ведь до её совершеннолетия оставалось всего полторы недели, и брат (он был художником) ей уже обещал, что нарисует ее портрет в полный рост в качестве подарка...

К моему удивлению, девушку похоронили на том самом странном кладбище. Я был удивлён таким решением её брата и родителей. Мы, конечно, с ребятами помогли им, чем смогли. На следующий день после похорон ближе к ночи мы собрались, чтобы помянуть девочку. Набрали номер друга, но он не брал трубку. Мы зашли к нему домой — родители сказали, что он пошел пить в местный бар. Бар был недалеко от кладбища, и мы не удивились, почему он направился туда.

Когда мы зашли в бар, его там не оказалось. Большинство из нас осталось там, заказав выпивку, а я вместе с одним моим хорошим знакомым решили сходить на кладбище. Я почему-то был уверен, что брат пошел пьяным в стельку на могилу своей сестры.

Итак, мы пришли на кладбище. Шли тихо, чтобы нас опять не арестовали. Там, где была могила девушки, я увидел тусклый свет. Мы стали идти еще тише. Свет действительно шёл со стороны её могилы. И когда мы вышли из-за зарослей кустарника, то просто отказались верить тому, что увидели...

Могила девушки была разрыта, гроб вскрыт, а ее тело сидело на стуле рядом с разрытой ямой, освещённое фонарём. Но самое ужасное, что спиной к нам сидел человек — её брат. Перед ним стоял мольберт, и мазок за мазком он рисовал обещанный ей портрет. Заметив нас, он повернулся к нам и только сказал: «Дайте мне время до рассвета, пожалуйста, и я сам сдамся милиции».

В суде он нес полный бред о том, что настоящее выражение лица человека бывает только после того, как он умирает. И все те разрытые могилы были его рук делом. В качестве доказательств были показаны портреты покойников, чьи могилы он разрывал...