Тема :
05.12.2013

Доля у меня суровая, без преувеличений — столько невзгод случалось и до сих пор происходит и со мной, и с моей семьей. Для затравки с них как раз и начну.

Бабка с дедом по материнской линии жили в небольшой деревушке рядом с рекой Дубна (та, что в Смоленской области), Обь называется. Население там и так по пальцам пересчитать, а они все равно особняком даже от этой кучки держались, очень закрытые и необщительные. Бабуля сама родом из Белоруссии, вроде как имела там большую семью, но по каким-то причинам одна в Россию мигрировала. Была женщиной доброй и хозяйственной, но очень быстро стала зрение терять, практически ослепла еще при живом деде. Он же, в свою очередь, еще более загадочная личность. Откуда — неизвестно. Слухи ходили вплоть до того, что он беглый каторжник, даже его жена ничего толком про него рассказать не могла. Отличный охотник и рыболов был, но самое занятное — знахарь, самый настоящий. Не какой-то там мистический ведун, а разбирающийся в народной медицине и лесных богатствах травник и лекарь — был в большом почете у местных.

Много с бабкой и дедом всякого бывало — туши, оставленные на разделку, из закрытого сарая просто исчезали, потроха кто-то в дом тащил и разбрасывал, зверье дикое в избу лезло... Один раз этот самый сарай для разделки просто-напросто осел наполовину в землю за одну ночь. Самый, наверное, интересный случай был, когда бабку, еще молодую, кровь с молоком, пытались черти завистливые утащить у деда — хватали где надо, одежду и одеяло стягивали, за ноги таскали. Дед, когда с многодневной охоты вернулся, озверел от такого расклада и несколько ночей подряд не спал, ходил по избе и вокруг с ножами, кости свежие раскидывал и угрожал рогатым ублюдкам. Больше они лезть так нагло не решались. Он, кстати, часто всякие амулеты забавные мастерил, но, скорее всего, просто для красоты — не были они у меня шибко суеверными на вид, в Бога не верили тоже.

Несмотря на всю прыть и суровость, дед помер намного раньше бабки, причем как-то непонятно. Ушел, как обычно, промышлять, а через день, когда бабка с мамкой моей решили к реке спуститься, нашли его ружье и всего лишь два отпечатка сапог. Утонул, видать. Бабушка горевала, конечно, но еще с десяток лет прожила, благо остальная деревня, несмотря на их обособленность, все же старушку одну бросать не стали, уважали моих предков.

Мамка моя, их дочь то бишь, уже попроще человек, только вот лунатизмом страдала. Рассказывали, как она шастала по дому, болтала по ночам, ругалась, у окна ждала кого-то. Один раз в лес ушла — ее потом бабуля все утро искала, пока не наткнулась в чащобе на ямку небольшую, где дочь ее и спала. Ямку, как бабка говорила, сама мамка и выкопала — все руки в земле были. С возрастом прошло, правда, но всякие неурядицы возникали то там, то тут. Молнии шаровые из радио вылетали в грозу, квартира в Смоленске погорела не пойми с чего — уверен, что и всякие шорохи и сонные параличи тоже случались, по этой части мамка болтать не очень любила.

Отец уже был из обычной городской семьи, добрый и честный мужик, любил нас очень, но в семье не без дрязг. Бывало, ссорились они жутко, и он уходил то к друзьям, то в машине ночевал. Но иногда, бывало, пропадал чуть ли не на сутки, а когда возвращался — не помнил ничего. Матери он об этом не рассказывал, только мне, пока на два дня так не ушел и вернулся без кошелька, а в нем деньги и документы были. Так и не нашли — благо гроши там были, и паспорт быстро восстановили. Потом, как я считаю, аукнулись все эти ссоры. В одном из рейсов он разбился — на ровном прямом участке дороги, будто бы сам баранку в сторону повел. Поругались они как раз перед этим выездом с матерью опять и очень серьезно, о разводе заговорили. Вот я и думаю, что он просто отчаялся и вот так решил счеты свести. У матери такие истерики после этого были — кошмар просто. Вставала даже пару раз ночью — самые страшные мои воспоминания. Иду себе в свою комнату и слышу — в родительской спальне она с кровати подымается, а потом тишина, все замерло. Открываю дверь, а она стоит, не двигаясь, и в проем, то есть на меня, смотрит. Сама молчит, и я тоже выдавить из себя ни звука не могу. Еле пересилил себя и свет включил, потом в чувство привел, и оба всю ночь рыдали.

Вот такая у меня непростая семья, но даже среди них я умудрился выделиться.

Я прямо-таки типичный для здешних мест неудачник. Вляпаться умудряюсь на пустом месте, постоянно что-то происходит с самого детства, в том числе и чертовщина разная.

Из детства моё наиболее яркое воспоминание, пожалуй, про вторую смоленскую квартиру, которую выдали взамен погоревшей еще до моего рождения. Просыпаюсь я, значит, с рассветом оттого, что плачу — хнычу да слезы по щекам катятся. Машинально подымаюcm с кровати и смотрю в угол своей маленькой комнаты. А там сидит сгорбившийся худой и лысый ребенок, вид у него крайне болезный. Дико так смотрит, не понять еще, кто кого больше испугался. Через какое-то время понимаю, что это я сижу, просто нездоровый. Вот тут-то меня уже навзрыд прорвало. Родители прибежали, успокаивают, обнимают, а я вырываюсь и все на этого уродца смотрю — никуда он не девается! Больше даже — ползать начал на руках, будто ноги перебиты. Подполз поближе к кровати, я с перепугу аж отца лягнул, а потом в противоположный угол уполз. Почему-то не рассказывал об этом никому, пока старше не стал.

Вообще, в этой квартире много чего происходило. Частенько меня будили стуки в окно посреди ночи, и это на 4-м этаже. Причем каждый раз, когда стучали, окно запотевало, и неважно, что за сезон был. Тарелки бились прямо внутри сушилки, очень громко, но на удивление аккуратно, на три-четыре куска, и так внутри и лежали. Вилки кто-то раскладывал — исключительно вилки и только на кухонном столе. Причем абсолютно бесшумно, ни разу самого процесса никто не заставал. Грешили сперва на мать, но как она могла каждый раз подыматься и отца не будить — неясно.

Один раз в моей комнате пятно черное застал на потолке. Сидел себе часов под двенадцать, читал, никого не трогал, и холодно что-то стало. Пока еще одно одеяло доставал из шкафа, заметил рядом с люстрой идеально ровный черный эллипс. Представьте себе тень, но только вот нет предмета, который ее отбрасывает, ни к чему она не подведена. Сперва думал, может, залили, но присмотревшись, понял, что это самая что ни на есть тень. Свет на нее не влиял вообще. На стул встал, потрогал — ничего особенного, просто холоднее, но все сухо, потолок в побелке, даже пальцы испачкал.

Терпеть не мог один оставаться на ночь, не спал обычно вообще, благо редко это случалось. Практически каждый раз случалось что-то неприятное. Однажды говорил кто-то со мной из-за окна — интересно, что не из-за моего, а из того, что в гостиной. Женский голосок такой (или детский), ноготками скреб, шептал что-то. Было это не так поздно, по-моему, в девять вечера, но уже темно было, зима же. Слышал, что-то про пальцы оно говорило, разобрать было тяжело, ближе подойти боялся, так и не взглянул туда в темень. Кстати, в тот раз оно не запотело — вообще никаких следов, даже изморози, несмотря на холод, не было. Еще был случай, когда живность какая-то бегала по коридору и в туалете кувыркалась и билась. По размерам как мой нынешний кот, но бурого цвета и бесхвостый — детали разобрать не смог. Эта бестия носилась туда-сюда, как заведенная, шаркая по деревянному полу. Точно понял, что не привиделось, кстати, как раз из-за этого — весь пол потом в царапинах был. Часа два так оно мелькало, я из гостиной выйти боялся, а потом просто с кухни не вернулось. Ни звуков, ничего — раз и нету. И еще один раз, помню, услышал шарканье в родительской спальне, уже когда в койку собирался. Кресло от стены кто-то подвинул к окну, и из-за спинки виднелась макушка, а с подлокотников культи какие-то свисали. Даже дверь закрыть не решился, медленно отошел спиной в свою комнату и заперся там до утра.

Удивительно, но что родители, что я, особо этому значения не придавали — батюшек не звали, к бабкам не ходили, вообще никаких мер не предпринимали. И не только в Смоленске, вообще по жизни так до сих пор у нас с мамкой — ну случается дерьмо, что же поделать.

Вне дома, в Смоленске, тоже всякое творилось, уже поинтереснее, но мне эти моменты не такими страшными кажутся.

Проживали на Автозаводской, рядом река Вязовенка. Ошивались мы рядом с ней круглый год своей пацанской компанией. Небольшой лесок из каких-то коряг, ямы и овражки, крутые спуски, а еще туман порой такой густой. Лазать там и ковыряться ребятне — самое то.

Ну и вот, помню, гуляем мы себе летом, настроение отличное, как сейчас помню, тархун литровый на троих потягивали, вдоль берега прохаживались. Уже темнеть начало, но мы такие храбрые сорванцы были — эх! Присели на изогнутый ствол большого дерева, на реку смотрим, а сзади от города светит, приятно так. Вдруг вижу — что-то плывет вроде. Так как я ближе всех был к берегу, только я и приметил. Уже изрядно потемнело, луна и зарево небольшое со стороны домов не помогают, ну и решаюсь я спуститься поближе к берегу, заодно и нужду справить. Пока спускался — постоянно оглядывался на этот плывущий объект. Когда река уже была в нескольких шагах от меня, объект застыл. Рассмотреть все равно было тяжело — выглядит как кочка черная, на месте стоит. На кой чёрт я взял камушек и швырнул в нее — не знаю. Сперва эта штука подплыла чуть поближе, потом начала подыматься вверх. Вширь больше не становилась, просто вытягивалась вверх, и в какой-то момент склоняться налево начала. По краям от нее начали какие-то коряги вылезать, закругляться и выгибаться в сторону берега. Тут-то я и решил дать маху оттуда подальше. В несколько прыжков преодолел скат этот у берега, добежал до ребят, начал вперемешку с матюками объяснять, что позади меня что-то из воды вылезло. Ребята, конечно же, не испугались сперва, а только интересом загорелись, но как только один из них чуть ближе к спуску подошел — так же рванул прочь от реки с таким же набором ругательств. Потом обсуждали — мол, увидал он, что вроде как человек из воды выползает на берег, по-пластунски карабкается, уже вроде и по пояс вылез, а ноги все не начинаются. На руки пытается подняться, но его судорогой сводит, дрожь такая дикая. Случай нас, прямо скажем, в большей степени обрадовал и развеселил, хоть и дико перепугались. Потом проверить решили, вдруг это кто-то утопший был, но никаких следов не нашли. Сетовали на то, что место перепутали просто.

Еще, помню, один к этой же реке спускался, когда уже старше был. Чуть подальше от города отошел, чем в обычные прогулки. Днем, в пасмурную погоду, с предгрозовыми тучами, просто бродил, а потом под деревом устроился посидеть, палкой в земле поковыряться. Приметил на том берегу фигуру — сперва она так же сидела, как и я, потом ходила из стороны в сторону, суетилось на небольшой полянке на том берегу. Рассмотреть тоже не удавалось, в этом месте река широкая настолько, что порой островки встречаются. В общем, не придал я этому значения сперва и побрел дальше вдоль реки. Через какое-то время понял, что и это существо идет вслед за мной. Я остановился, понаблюдал какое-то время за ним. Оно, так же, как и я, стояло, развернувшись передом ко мне. Комплекция обычного человека, никакого налета мистики в голове у меня не было — думал, просто мужик в синих штанах и фуфайке. Так в гляделки игрались стоя, пару раз он приседал как-то на коленки, что ли. Решил ему помахать рукой, поприветствовать, так он на корточки присел после этого, изогнулся и небольшими подскоками к берегу двинулся, прямо на меня. Я не то чтобы испугался, просто обескуражен был и сконфужен — дядька в темно-синем скачет по берегу, как животное! Как только он в воду начал входить, понял, что опять началась какая-то нечистая дичь — физиономия-то у него тоже темно-синего цвета была. Развернулся и решил подальше от реки махнуть, сразу к дороге, а вдоль нее уже в город вернуться.

Вот так вот. Совсем уж мелочь описывать не буду, но постоянно шорохи, стуки, подобие шепота слышу. По ночам меня дергали за руки, за плечи хватали, один раз давили на грудь. Панические атаки бывают — чувство тревоги на пустом месте. Вещи пропадают по мелочам, электроника работает со сбоями. Метро до сих пор побаиваюсь — привыкнуть никак не могу, особенно когда всматриваться начинаю в туннели меж станций, вижу постоянно чертовщину.

Кошке, кстати, почему-то дико на все это плевать. Вообще. Даже когда уже тут, в Москве, творилась дичь — усами не вела. Да и вообще, звери почему-то на меня очень хорошо реагируют, без тревоги, даже наоборот...

Оставить комментарий