Тема :
Аноним 28.05.2013

Недавно наша семья переехала в новый дом. Дом нормальный, квартира просторная, а вот с соседями сверху нам не повезло. Сначала всё было тихо. Потом они начали вечерами стучать. Сначала мы подумали, что ничего необычного в этом нет. Дом ведь новый, и у многих идёт ремонт. Но стучали они только ночью и вечером, и я стала задумываться о том, что наши соседи ненормальные. Ну кому придёт в голову идея делать ремонт ночью?

Но это только начало. Потом они стали что-то бить, ломать, ронять. Причём делали это так, чтобы весь дом услышал. У их дверей не раз стояла толпа злых, разбуженных и матерящихся соседей. Как только последний сосед уходил, всё начиналось снова. Нередко там могли полчаса просто хлопать дверью. И как только кто-то подходил, всё затихало.

Однажды я опять услышала грохот и хлопки дверью. Я подумала, что всё опять началось, и пошла разбираться. Когда я поднялась, то всё опять затихло. Но я стала настойчиво колотить в дверь. Вдруг дверь открылась. На пороге стояла молоденькая девушка.

— Вам чего? — недовольно спросила она.

Я бесцеремонно вошла в квартиру, так как наконец-то увидела бессовестную соседку, мешавшую нам спать. В прихожей стояла большая дорожная сумка.

— Что, уже уезжаете? — спросила я, рассматривая сумку.

— Нет, я только что приехала. А что здесь происходит? Вы, вообще, кто?

— Я ваша соседка снизу и хочу узнать, зачем вы каждую ночь мешаете всему дому спать?

— Кто мешает? Я мешаю?! Да вы чего, вообще с ума сошли?

Я не могла больше терпеть это и прошла в квартиру. Там почти ничего не было — только какие-то инструменты для ремонта, куча строительного мусора и старые газеты, разбросанные по полу.

— Что вы тут ищете? — спросила девушка. — Я же вам объясняю: меня тут не было до этого дня. Тут даже рабочих не было.

Я уже вообще ничего не понимала. Совершенно запутавшись, я пошла к себе.

Через месяц настало лето, и я уехала на дачу. Когда я приехала обратно, мне рассказали, что эта девушка уже давно оттуда съехала. Ей постоянно мешали какие-то звуки в квартире ночью. Потом она стала чувствовать чьё-то присутствие. Однажды ночью кто-то хотел её задушить. Она выбежала из квартиры и простояла всю ночь на лестничной клетке. Она боялась заходить в свою квартиру одна и не смогла там долго жить — выставила квартиру на продажу. Пока странная квартира пустует.

Аноним 28.05.2013

Держитесь подальше от всех этих «вызываний духов» и гаданий. Мне хватило одного раза, чтобы понять, что это к добру не приводит.

Это случилось в середине девяностых. Мне попала в руки самиздатная брошюра «Ритуалы для вызова духов». Я очень заинтересовался и решил попробовать первый же описанный способ. На листе бумаги надо было начертить круг и разметить согласно приведённой в той брошюрке схеме. В центр круга ставилась игла, через которую была продета нить. Далее следовало взять в руку нить и натянуть её таким образом, чтобы игла касалась бумаги и при этом стояла строго вертикально. Затем следовало вслух задать вопрос и слегка опустить руку. Наклонившаяся игла должна была указать на ответ. Если игла не стояла на месте, надо было замереть и подождать, пока она не перестанет вращаться. Были ещё несколько обязательных, если верить книжке, условий, но о них я промолчу, чтобы никто не повторял это за мной.

Это был обыкновенный декабрьский вечер. Когда я пришел из школы, родителей не было дома — они возвращаются с работы поздно. Я приготовил все необходимое на столе в своей комнате, зажег настольную лампу и выключил свет. Сначала я спрашивал всякую ерунду вроде: «Удасться ли мне разбогатеть?» или: «Увижу ли я египетские пирамиды?». Потом мне стало как-то не по себе — я заметил, что движение иглы вовсе не беспорядочно. Тогда я задал вопрос: «Здесь есть кто-нибудь, кроме меня?». Игла показала ответ «ДА». Тут же я услышал тихий скрип на шкафу, будто старый клей трещит, осыпаясь. Я посмотрел на шкаф, но не увидел ничего, кроме старой куклы-мартышки в вязаной кофте, стоявшей в моей комнате уж не знаю сколько лет. Сколько себя помню — она всегда стояла там.

Я отвернулся от лампы, чтобы глаза привыкли к темноте, и снова внимательно посмотрел на шкаф. И тут мне стало жутко. Мартышка смотрела на меня, хотя до этого стояла совсем в другом положении. Её голова была повернута в мою сторону. Я застыл от ужаса и плохо понимал, что происходит. На моих глазах мартышка начала поднимать лапу. Под противный звук трескающегося клея она поднимала лапу... Я бросил иголку и побежал к двери, выскочил в гостиную, включил свет и телевизор. Весь вечер я боялся подойти к двери в свою комнату. Находиться в квартире тоже было страшно, но идти куда-то было еще страшнее, так как за окном уже сгустилась вечерняя тьма. Так и сидел возле телевизора, пока не пришли родители. Сначала я сидел с ними на кухне, потом под каким-то предлогом позвал в свою комнату. Мартышка сидела на шкафу с вытянутой лапой. Позже я попросил мать унести ее оттуда и целую неделю спал с зажженным светом.

Аноним 28.05.2013

Эта жуткая история приключилась с моим хорошим другом. Женился он рано (в 19 лет) на девушке, которую любил с пятого класса. В их отношениях было все, что свойственно молодым парам, и ничто так не омрачало эти отношения, как мать девушки. Впрочем, я иногда приходил к ним в гости, и, на мой взгляд, она выглядела довольно милой женщиной.

Вскоре друг с женой решили завести ребенка — с этого-то все и началось. Теща почему-то была резко против, но, несмотря на это, они родили-таки крепенького мальчика. С тещей они с тех пор практически перестали общаться, малыш быстро рос, редко болел и был не плаксивым.

И вот как-то раз к молодой семье зашла тёща — сказала, что хватит жить в ссоре, пора мириться, и в знак примирения подарила ребенку куклу. С тех пор малыша как будто подменили — он стал чахнуть, плакать, почти перестал есть, а ночами практически не спал. Ночами друг иногда просыпался от какого-то шороха — каждый раз думал, что это ребенок идет к ним, но когда он поднимался, в комнате никого не оказывалось.

Вскоре друга отправили в командировку, и он уехал на несколько недель. Через неделю ему позвонили и сообщили, что ребёнок и тёща мертвы, а жена находится в СИЗО. Сначала он не поверил, потом рванул домой.

Во время встречи с женой та рассказала ему, что когда она зашла проверить малыша в комнату, он был мертв, а его шею сжимала руками та самая кукла. Она поняла, кто за этим стоит — ведь ее мать, когда её дочь была маленькой, занималась колдовством. Поняв это, девушка ринулась в дом матери...

Итог у этой истории печальный — двое на кладбище, одна на зоне, а мой друг в психиатрической больнице (впрочем, уже идёт на поправку, я его регулярно навещаю), и лишь кукла до сих пор остается в той квартире...

Аноним 28.05.2013

Первый такой сон приснился мне в далеком детстве. Я ночевала у бабушки и легла спать довольно рано. Посреди ночи меня разбудил шепот со стороны отопительной батареи. Слов разобрать я так и не смогла. Детское любопытство взяло верх над страхом, и я попыталась подняться, однако тело было будто парализовано. Я лишь немного смогла повернуть голову в сторону источнику звука. В углу комнаты на коленях, опустив голову, стояла девочка, шепотом напевающая какую-то странную песню. Тут мои веки стали тяжелыми, и я провалилась в беспокойный сон. Наутро меня разбудила бабушка — она с беспокойством спрашивала, как я очутилась спящей на коленях возле батареи, на что я, конечно же, не смогла ответить.

Позже мне все чаще стали сниться подобные сны. Однажды зимой, когда я ночевала в своей новой комнате, я проснулась от толчка в бок. Рядом со мной сидела моя мягкая игрушка — собака. Она держала в зубах маленький желтый цветок и махала своим игрушечным хвостом. Мне хотелось протянуть к ней руку, но тело, как и в прошлый раз, отказывалось подчиняться, и я лишь забылась сном без видений. Утром игрушка лежала на своем прежнем месте в шкафу, однако возле моей подушки покоился желтый цветок-чистотел.

Как-то раз мне приснился странный темноволосый мальчик, который влез в мою форточку и положил на стол возле кровати маленький голубой камешек круглой формы, который утром на самом деле оказался на том месте, хотя раньше такого у меня не было. Таким же образом после моих снов у меня появлялись разные вещи — начиная от кленового листочка, который я храню до сих пор, до красивой фарфоровой куклы. И все чаще во сне ко мне стал приходить тот мальчик с черными как смоль волосами — приносил какую-нибудь мелочь и исчезал. Все бы хорошо, только вот беда — я стала спать намного дольше, чем раньше, и каждый раз, просыпаясь и обнаруживая новые подарки ночного гостя, я чувствую невероятную усталость, будто не ложилась спать вовсе...

Сейчас, когда я пишу это, на часах уже полночь. А я не спала несколько суток. Надо бы немного отдохнуть...

Аноним 28.05.2013

Два друга, Антон и Максим, жили в большом городе и увлекались сверхъестественными явлениями. Однажды они вместе сидели за компьютером в Интернете и нашли сайт, где было собрано много «городских легенд». Они прочитали там историю об одном подвесном мосте, который располагался возле их города. На сайте было много фотографий моста и местности вокруг него. Утверждалось, что этот подвесной мост, пересекающий горное ущелье, по непонятным причинам стал излюбленным местом самоубийц. Каждый год несколько человек бросались с моста вниз и разбивались насмерть. Кое-кто считал, что этот мост проклят, и там обитают призраки всех, кто когда-то совершил там самоубийство.

Антон предлагал пойти на мост сразу, но у Максима было много дел, и они решили отложить визит. Тем не менее, вернувшись домой, Антон решил сходить туда в одиночку — ему очень хотелось увидеть призраков.

Была уже почти полночь, когда Антон подошёл к мосту. Вокруг не было ни одного человека. Атмосфера была зловещей, и по спине Антона пробежал холодок.

— Ничего себе, как же здесь жутко, — бормотал он, осторожно приближаясь к краю моста, чтобы посмотреть вниз. Он думал о всех тех несчастных, которые бросились в чернильную тьму ущелья. От этого зрелища у него на голове волосы встали дыбом.

Антон был настолько впечатлен мостом, что решил позвонить Максиму прямо сейчас и рассказать ему об этом. Он достал свой мобильный телефон и набрал номер друга. Однако, из-за того, что он был за чертой города, сигнал был недостаточно мощным. Зато, оглядевшись, он заметил в стороне одинокую телефонную будку. Он зашёл в будку, кинул в аппарат монету и позвонил Максиму.

— Алло, Максим? Угадай, где я сейчас! — восторженно сказал он. — Я на подвесном мосту, о котором мы читали. Вид восхитительный! Ты должен завтра же приехать сюда и взглянуть на него.

— Да, было бы неплохо, — ответил Макс. — Место смотрится жутковато даже на фотографиях на сайте, а уж если самому на это смотреть… Погоди-ка, а откуда ты звонишь?

— Из таксофона рядом с мостом, — непринужденно сказал Антон.

Его друг пришёл в замешательство:

— Какой ещё таксофон? Там нет никакого таксофона. Ну, по крайней мере, на тех фотографиях же не было…

— О чём ты говоришь? — удивился Антон. — Есть тут таксофон, я же стою в нём, в телефонной будке прямо у въезда на мост… Ладно, я лучше пойду, а то тут целая очередь выстроилась, чтобы позвонить. Созвонимся, когда вернусь домой.

Он собрался положить трубку, но тут Макс, осенённый нехорошим предчувствием, закричал:

— Нет! Антон, не выходи из будки! Тут что-то не так! Я буду там через полчаса. Что бы ни случилось, не выходи из будки!

— В чём дело? — спросил сбитый с толку Антон.

— Просто пообещай, что не сдвинешься с места ни на шаг. Не двигайся и не вешай трубку.

Аноним 28.05.2013

Произошло это, когда было мне лет 14-15. Пришел я как-то домой выпивший и быстро лег спать, чтобы родители не узнали. Проснулся посреди ночи непонятно отчего. На душе было гадко — такое ощущение, что, напившись, я то ли очень кого-то расстроил, то ли рассердил. И мысли бредовые в голове — даже не мысли, а мерзкий внутренний голос. Кстати, и до этого за всю жизнь он у меня появлялся пару раз, и всегда, когда совершал что-то необдуманное или что-то, о чем потом жалел. Может, у кого-то такое тоже бывало. Голос звучит в голове, вроде мой, но тон какой-то мерзкий и издевательский. Как его слышал, всегда тошнило и страшно становилось.

И вот этот голос упрекает меня — дескать, как можно быть таким дураком, чем я думаю и зачем мне это все нужно. Кое-как я отогнал эти навязчивые мысли и начал засыпать, как чувствую, душит что-то меня. Я в панике начал руками размахивать. Руки препятствий никаких не встретили, удушье пропало, но перед этим два стука раздалось: первый звонкий, а второй глухой (сразу почему-то представилось, что карлик упал). Меня охватил страх, сердце стучало бешено. Схватился рукой за шею, а её обвивает какая-то веревка. Я её с шеи сорвал и засунул под подушку. Быстро напридумывал себе объяснения, что и присниться это могло, или просто веревка в кровати лежала, а я сам дёргался и запутался в ней. Кое-как удалось уснуть.

Утром проснулся в хорошем настроении, о ночном кошмаре ничего не помня. Повалялся в кровати, а потом, руку под подушку засунул и нащупал там ту самую верёвку, которую ночью с шеи сорвал. Вытащил — оказалась гитарная струна. Настроение резко ухудшилось, страх навалился снова. Гитара стояла в другом конце комнаты, и первой струны на ней не было, хотя ещё вчера все струны были на месте. А возле кровати лежала табуретка опрокинутая, непонятно каким образом оказавшаяся не на кухне, а в моей комнате.

После этого голос в голове еще пару раз появлялся. И каждый раз у меня возникало ощущение, что тот, кто говорит со мной, меня искренне ненавидит и убил бы меня, но что-то его останавливает...

Аноним 28.05.2013

У моего мужа друг работает следователем, он рассказывал нам такую историю. Жила у нас в городе проститутка по имени Татьяна, профессии своей не стеснялась. Жила одна с сыном, из родственников была только сестра. Приходила на вокзал — парик белый, юбка короткая, сапоги — красные ботфорты, и садилась на автобус, чтобы до главной трассы доехать на «работу». Назад, бывало, или подвезет кто-нибудь, а бывало, и пешком возвращалась. Город небольшой, такси в то время в городе не было. Нашли её тело изувеченное, изуродованное там же, на трассе. Стали вести следствие, опрашивать всех — правда, без особого рвения. Не любил её никто, женщины вслед плевали, мужики издевались, обидные слова кричали, сына её в школе обзывали. Вызвал следователь эту сестру к себе по повестке — сестра сначала отмалчивалась, говорила, мол, ничего не знаю, но потом стала рассказывать...

За два дня до смерти пришла Таня к ней — лицо чистенькое, не накрашенное, платье скромное до колен. «Аня, давай мириться, — сказала она, — знаю, из-за меня тебе стыдно по городу ходить, людям в глаза смотреть. Давай с тобой к нотариусу сходим, на тебя доверенность напишу, я ведь деньги не тратила, все копила на сберкнижке. В беду я попала. Если со мной что случится, Димку моего не бросай, там, на сберкнижке, ему и на учёбу, и на вещи, и на еду хватит. У него ведь, кроме тебя, никого нет, только в интернат не отдавай».

Сестра стала расспрашивать, что случилось, и Таня поведала следующее:

«Иду я вчера ночью тихонечко от заправки. Догоняет меня фура с фарами выключенными. Руку, как обычно вытянула, большим пальцем вниз показываю. Останавливается возле меня. Ну, я в кабину, говорю весело — что ж ты фары не включаешь, через три деревни пост ГАИ. Потом говорю, что делать могу и за сколько. К мужику присмотрелась (приборы горят, свет падает на лицо). Ужаснулась даже — лицо бледное, глаза черные, ввалившиеся. Мне вдруг страшно так стало. Надо слезать, думаю, и назад на заправку бежать. А он мне говорит — не надо твоих услуг, давай до дома довезу. У меня язык онемел, я как под гипнозом на сиденье села и дверь кабины захлопнула.

Едем, он молчит и я молчу. По спине холодный пот бежит, в мозгу мысль бьется, почему не спрашивает, где я живу — может, знает меня? Нет, в городе я всех знаю, не наш, не обслуживала я его, такого бы запомнила. Надо думаю, бежать. Шальная мысль мелькнула — дверь открою и выпрыгну... А сама сижу, двинуться не могу, будто парализовало. Чувствую опасность, исходящую от него, думаю, обмануть его надо — сказать, чтобы в людном месте остановил. Сама себя успокаиваю — что ж я испугалась-то, и не таких встречала, мужиков всегда в оборот брала, на любое обидное слово ответ найду.

Доехали до поворота в наш город, он останавливает, говорит, дальше сама дойдешь, а мне ехать надо. Меня как будто отпустило. Руки-ноги дрожат, из машины вылезла и бегом в город, а он машину завел и дальше по трассе поехал.

Аноним 28.05.2013

С личной жизнью у меня не заладилось у меня с самого начала. Вроде и страшной не назовешь, да и характер (тьфу-тьфу) сносный, нордический, плюс веселые, задорные глаза, а мужики все на других заглядываются и штабелями возле их ног складываются. Обидно…

И когда «мой поезд» почти ушел, нежданно посетила меня удача в лице командированного из города Днепропетровска. После месяца любви и сладких грез поняла я, что беременна. Все преобразилось с того момента — засияло, засверкало новыми красками. Я полностью погрузилась в новые, неизведанные ощущения под названием «материнство».

Прошло 15 лет. Командированного того давно и след простыл, а я растила дочь одна. И не могла на нее налюбоваться и надышаться: красавица, умница, чудо мое расчудесное.

Но вдруг мое расчудесное чудо разом превратилось в Чудо-Юдо страшное: странные черные одежды, волосы цвета вороньего крыла, бледное лицо, ужасная косметика. И поведение стало соответствующее: учебу забросила, меня не слушает. Хлебнула я в тот год горюшка с ней, вам и не снилось, сколько.

Я все терпела, прощала ей, по психологам ходила, репетиторов нанимала, на домашнее обучение всеми правдами и неправдами перевела. Все для нее, для моей кровинушки. Да только сколько волка не корми, а он все в лес смотрит. Так и моя дочка: днем спит, учителей вполуха слушает, а ночью по кладбищам да по подвалам шарахается с такими же странными подростками, как и она.

И вот однажды мое материнское сердце не выдержало, терпение лопнуло. Смотрю — мое чудо опять собирается, на ночь глядя, уйти из дома. Я ей такой скандал закатила, схватила учебник, да по башке ее дурьей шмякнула (все равно там мозгов не осталось). Пока она, глазенками своими удивленно хлопала, я шмыг за порог, и дверь за собой закрыла на замок, предварительно забрав и ее ключи. Пусть посидит, гадина такая, взаперти, подумает о своем поведении. А «гадина такая» вслед мне кричала страшные ругательства и оскорбления, ломилась в дверь и выла дурным голосом. А я пошла бродить по ночным улицам, плача от собственного бессилия и одиночества.

Час прошел, а может два, остыла я и пошла обратно к дому, внезапно почувствовав странное беспокойство за дочь. Последние метры пробежала почти бегом, дверь открыла. Тишина…

А в ванной, наполненной горячей водой, лежала дочь с перерезанными венами.

Не помню, как ее хоронили, все это время я провела, как в бреду. Кто-то из соседей срезал напоследок прядь ее волос мне на память. И лежала эта прядь на самом видном месте, на столе, а я боялась к ней подойти, казалась она мне чужой и незнакомой: черная, жесткая. А на девятый день прядь поседела. Кинулась я по бабушкам, спрашивала:

— Почему, почему мертвые волосы поседели? Может, кто что знает? Может, примета какая-то или знак?

Все только плечами пожимали, и только одна женщина мне сказала:

— Ой, милая, значит, страдает там твоя девочка очень.